Еврология. Часть 9.

Нойшванштайн. Лебединая песня Людвига II.

Настоящий Walt Disney. Сказочный замок, правда?

И природа вокруг под стать ему.

Этот тот маленький замок Швангау, поближе.

Представьте, выглядываете вы в окно, а там - такое!

У подножья все такие маленькие.

А замок - такой большой!

Кто это нас фотографирует на мосту? Японцы?

Рядом есть фуникулер, откуда замок можно красиво сфотографировать, но мы там не были, так что пришлось его урывками фоткать.

Еще один фрагмент, или Another Brick In The Wall.

"Орокс, о орокс!" - как завещал БГ, то есть скоро и мы там будем.

Ждем своей очереди...

А это интерьеры внутри. (Фотографировать нельзя, это все из альбома)

Балкончик. Самый настоящий, это не Фотошоп!

Кровать короля.

Грот, все для того же короля.

И главный зал - зал певцов на верхнем этаже.

Это стены этого зала так расписаны, но и остальные стены как открытки.

Посмотрите, это ли не повод приехать сюда еще раз зимой?

 Загадкой вечной буду я себе.
(Людвиг II, цитируя трагедию Ф. Шиллера «Мессинская невеста»)

Еще вчера мы были в Австрии, а вот уже едем по Баварии. Еще вчера мы путешествовали и не думали, что все хорошее кончается, а теперь чувствуем опускающийся занавес. Еще вчера нам казалось, что самое интересное уже позади и смотреть-то в общем нечего. Как же мы ошибались!

И все потому, что решили дать кругаля и заехать в немецкий город Швангау, что в юго-западной Баварии, а не ехать напрямик в Мюнхен. В результате мы потеряли полдня, но выиграли еще один день, проведенный в сказке. Вот такая математика. А увидели мы то, что мертвый камень может, оказывается, произвести впечатление не меньшее, чем нереальные кристальные миры, которые, казалось, невозможно переплюнуть. Но был такой человек, который смог вдохнуть жизнь в грубую материю, создав поэзию в камне, пожертвовав на это свою жизнь. 

Этого настоящего рыцаря Света XIX века звали Людвиг II, а его великое творение – замок  Нойшванштайн - «Новый лебединый утес». Впервые я увидел замок как тему паззла, и пребывал в полной уверенности, что это замок – фантазия, уж слишком необыкновенным он мне показался. Каково же было мое удивление, когда выяснилось, что это не фантазия талантливого художника, а реально существующее сооружение. И с тех мысль увидеть его воочию точила меня словно капающая на камень вода.

Это на самом деле одно из самых необычных зданий, когда-либо возведенных человеком, и по праву является наиболее часто фотографируемым и наиболее посещаемым туристами в Баварии строением. Таких же как мы в год тут проходит 1,3 миллиона человек. (С каждого по 9 евро, так что в 1990 году Бавария, истратив около 11.2 млн. евро на обновление и поддержание замка, не так уж и потратилась).

Силуэт замка может показаться очень знакомым. Ответ прост – он стал источником вдохновения при строительстве замка Спящей красавицы в Парижском Диснейленде и вошел в логотип студии, который виден перед каждым мультфильмом. Помните тот чудесный сказочный замок? Говорят, что когда художники рисовали эмблему, то сперва долго пытались нарисовать замок мечты, но потом кто-то вспомнил Нойшванштайн и вопрос отпал сам собой.

Пока мы едем в замок, есть время познакомиться поближе с его создателем, благо запаслись информацией заранее. Думаю, что и вам интересно узнать про Людвига II, тем более, что его жизнь действительно необычна, настолько, что послужила темой для одноименного мюзикла, который можно посетить недалеко от замка. В этом смысле он, пожалуй, единственный в своем роде мюзикл, происходящий практически на историческом месте событий на фоне альпийских гор.

А нам кроме всего прочего было еще более интересно узнать про его жизнь, полную загадок, тем более, когда мы выяснили, что родителей Людвига II звали кронпринц Максимилиан Баварский и Мария Прусская. Для нас, назвавших детей Мария и Максим, и даже в их честь туристическое агентство «МэриМакс», посещение этого замка становится в чем-то даже символичным.

Все же нырнем в прошлое, в то время, когда в 1845 году родился Людвиг. Нам, жителям будущего это так же легко сделать, как крутануть колесико у мышки. Пусть все умозрительно промелькнет за несколько минут, и мы увидим, как вырос мальчик среди легенд о благородном рыцаре-лебеде баварском Лоэнгрине. В его любимом замке Охеншван-гау этой теме лучшие мюнхенские художники посвятили все свои работы, расписав стены. И почти с каждой картины,  с каждой фрески на него смотрел символический лебедь. Даже в пруду старого парка плавали они же. Спартанский образ воспитания сыграл также свою роль в том, чтобы Людвиг все больше переносился в свои сказочные миры, ограждаясь от настоящего мира. Его интересы заключались в изучении мифологии и искусства. Юный принц мог подолгу рассматривать росписи, посвященные легендам о Нибелунгах: о подвигах Зигфрида и романтической любви бесстрашного рыцаря и прекрасной принцессы Кримхильды.

Но нельзя сказать, что окружающий мир его не интересовал, его был противен искусственный светский мир, а вот природой, особенно такой прекрасной, как баварские Альпы он был пленим. И часами мог    находить покой в уединении с окрестностями замка. Знаменателен был день, когда Людвиг впервые побывал на представлении вагнеровской оперы «Лоэнгрин» и ушел из театра потрясенный. Позднее он познакомился с уже немолодым Рихардом Вагенром. Он так был пленим его музыкой, что приобрел все его произведения: партитуры композитора сопровождали короля всю жизнь. Людвиг стал преданным меценатом композитора, оплачивал все его долги, пригласил в Мюнхен, а впоследствии называл королем.

В восемнадцать лет судьба привела Людвига на трон. Он, ранее не допускавшийся к политике хоть и не был готов, но старался сделать все, что было в его силах для укрепления страны. Но на практике оказалось, что его идеалы не соответствуют реалиям XIX века, а правительственный кабинет, на практике оказавшийся у руля, не очень-то торопился допускать молодого короля к власти, держа лишь как номинальную фигуру.

Так или иначе Людвиг отдалился от политики, утратил всякое желание посещать столицу и посвятил себя строительству замков. Дела сердечные тоже не мешали такому занятию – единственная помолвка короля расстроилась по его же инициативе без всяких объяснений, и на личном фронте жизнь короля так и не сложилась. Длительная дружба связывала его лишь с кузиной Элизабет, Австрийской королевой. (Сисси, помните, мы про нее в Вене говорили?). 

Отдав себя целиком планам реализации своих мечтаний, Людвиг построил целых три замка — Нойшванштайн, Линдерхоф и Херенкимзее. Но апофеоз его творений – это вне всяких сомнений замок Нойшванштайн. Он построен на месте двух крепостей, переднего и заднего Швангау (поэтому появилась приставка «ной» – новый), которые охраняли с высокого утеса главную торговую дорогу, ведущую через Тироль в Италию. Вот где крепости то, оказывается. Король сперва приказал взорвать скалу, чтобы опустить плато на восемь метров, чтобы расчистить место для воплощения свой мечты, и в 1869 году был заложен первый камень замка, который впоследствии станет памятником романтизму и в некотором смысле храмом Рихарда Вагнера.

Грандиозный замок смотрится очень воздушно, словно это огромная театральная декорация, и это заслуга отчасти знаменитых театральных художников того времени, принимавших участие в руководстве стройкой. Удивительно то, что «идеальный» замок необычайно технологичен для того времени: он оснащен горячим воздушным отоплением, в нем был реализован водопровод, в котором вода из источника, что у соседней горы подавалась под напором на все этажи замка. Даже туалеты имели автоматическую систему слива! Не говоря уж о том, что покои короля были оборудованы электрической системой вызова слуг. А на некоторых этажах была даже телефоны! Все это было сделано для того, чтобы минимизировать контакты Людвига с людьми, та же еда подавалась по специальным подъемникам.

Размах стройки был грандиозен для того времени, в строительстве не боялись прибегать к новым технологиям, например, в замке настоящие оконные стекла, ранее такого не было. Или новинка того времени -  краны на паровых механизмах. Без них строительство вообще трудно себе представить. Как же поднимать на почти отвесную скалу все эти тонны стройматериалов, стекавшихся со всех окрестностей, и даже из соседних стран? А статистика стройки такая: только за 1879-80 годы на стройку ушло 465 тонн мрамора из Зальцбурга, 15550 нюртингского песчаника, 400 000 кирпичей, и т.д и т.п. Неудивительно, что стройка затянулась и поглотила все денежные ресурсы короля. Что ему, всенепременно поставили в вину его противники, считающие его безумцем. Людвиг на сделки с совестью не шел, он истратил не только все состояние, накопленное его предками за восемьсот лет, но и влез в долги в  четырнадцать миллионов марок – немыслимая сумма по тем временам. Здесь надо внести ясность – часто создается впечатление, что король тратил государственные деньги и средства налогоплательщиков. На самом деле речь идет о собственных запасах короля, включая его будущую «зарплату».

Но, тем не менее, политические интриги привели к тому, что Людвига попытались объявить невменяемым и официально отобрать у него власть. Особенно, когда у членов кабинета провалились попытки заставить короля снизить расходы. В конце концов все же свершилось неизбежное – его арестовали и отправили в летний дворец Берг. Вечером того же дня лишенный короны король отправился на прогулку по озеру со своим врачом. С нее они не вернулись. После долгих поисков их тела нашли в озере.

Причина смерти так и не была раскрыта. При этом Людвиг был прекрасным пловцом, и слухов о его смерти родилось великое множество. Для кого-то он так и остался чудаком, выжившим из ума, а для многих – сказочным королем. На его могиле в склепе мюнхенского храма Святого Михаэля так и написано: «Чудеснейшему из королей». А французский поэт Поль Верлен сказал о нем: «Единственный подлинный король XIX столетия».

И с ними нельзя не согласиться. Что-то в его жизни есть, похожее на подвиг. Ведь это легко спеть «не стоит прогибаться под изменчивый мир, пусть лучше он прогнется под вас», как это сделал Макаревич. А вот прожить именно так жизнь, не предав свои идеалы – такое по плечу единицам. Тем более, когда идеалы не принадлежат нашему миру, а относятся к области фэнтези.

Изрядно попетляв по маленьким баварским дорожкам, на которых лишь однажды встречается указатель «Нойшванштайн» и то, за пятьдесят километров, а дальше никаких намеков, мы все же приблизились к деревушке Швангау, ругаясь при этом на немецкую логику. Я слышал, что есть на свете люди, которые приезжают сюда, чтобы просто поглазеть на замок снизу и уехать. Мне сложно в это поверить. Как это можно? Особенно зная теперь историю замка.

Мы покупаем входные билеты. О, так у нас еще почти два часа до начала экскурсии русской группы! Фотографируем не спеша старый замок Хоэншвангау, что уютно устроился напротив сказочного замка короля Людвига. Гуляем по Альпийскому  озеру, за которым находится покрытый лесом холм – граница Германии и Австрии. Намерения Людвига строить замок своей мечты именно здесь вполне понятны, более походящего места трудно найти, до того красиво. 

Но когда мы понимаем, что до замка нужно подниматься пешком минут сорок пять, то хочется сразу найти другие варианты. А они есть – можно проехаться на телеге, запряженной лошадьми, встаем в очередь, но спустя полчаса выясняем, что та практически не двигается. Нужно что-то делать. Тогда мы садимся на автобус, раз в полчаса поднимающий туристов  к замку, пусть и не так близко, но это выгоднее по времени, чем карабкаться самим.

Выходим на плато, где как написал какой-то поэт:

На высокой скале, где на фоне небес
Дикой чащей разросся чернеющий лес,
Где среди тишины водопад лишь шумит,
Белый замок, как лебедь, над лесом парит.

Ощущение, что попал в диснеевский мир: нереальной красоты пейзаж, заполненный баварскими Альпами и многочисленными озерами, лесами, а внизу как игрушка греется на солнышке старший брат замка – крепость Хоэншвангау (ранее Шванштайн). И вот он Сам – замок, где никогда не стреляло оружие, не гремели пушки, и не вершились злодеяния, а живет и по ныне Ее величество Сказка.

Ходят слухи, что во время нацизма именно здесь находилось секретное подразделение третьего рейха, занимающееся оккультными вопросами. Но достоверно известно, что здесь хранилось часть золота Рейхсбанка и украденные драгоценности, картины, мебель, которые предназначались для личной коллекции Гитлера. Золото по слухам было утоплено в соседнем озере. Ну, таких слухов и про все наше царское золото ходит масса. Их разные умники распускают, чтобы натурально спрятать концы в воду.  

Сейчас остается считанные минуты, и мы ступим туда, куда никогда не ступала нога человека, ради которого это произведение искусства было воздвигнуто – самого Вагнера. Он умер не дожив года то того момента, как в замке стал заселяться. Жалко, но не только это, но и также то, что замок после смерти Людвига так и не был достроен до конца. Сразу после его смерти все строительные работы были приостановлены. Не закончена купальня, нет западной террасы, и нет самой главной башни замка с церковью, которая взметнувшись на 90 метров, должна была возвышаться над всеми постройками. Хотя размеры всего комплекса  и так немаленькие – длина – 130 метров, а высь он вознесся почти на 80 метров.

Внутренне убранство замка под стать внешнему буйству фантазии. Шкатулка оказалась не только прекрасна снаружи, но и бесподобна внутри. Думаю, что будет очень скучно, если я начну описывать все покои замка, их убранство и перечислять людей, приложивших руку к сервировке начинки. Вполне достаточно подчеркнуть интересные моменты, а остальное вы бегло просмотрите на фотографиях. Внутри замка снимать ничего нельзя, так что картинки интерьеров и некоторые фото самого замка заимствованы из путеводителя. А что делать? Хочется же вам показать его внутри хоть немного.

Практически вся роспись стен посвящена легендам и древним сагам, как будто мы попали внутрь дорогой иллюстрированной книги о подвигах доблестных рыцарей, их победам над драконами. Здесь есть темы саги о Зигурде – наистарейшей форме песни о Нибелунге, а как же, сам Вагенр черпал в ней вдохновение и взял даже за лейтмотив для своего произведения «Кольцо Нибелунгов».

Тронный зал так и не был завершен, но это один из шедевров замка. По идее королевский трон тут должен был располагаться на месте алтаря в базиликоподобной нише, и быть окружен сверху не изображениями бога, а шестью королями, возведенных в святые. Но трон так и не был создан, видно так сильно король разочаровался в политике. Любопытно, что в тронном зале есть изображение под названием «Святой Георгий борется с драконом», и на картине виден замок напоминающий сам Нойшванштайн. Но это четвертый замок Людвига, который был спроектирован, но строительство так и не было начато, хотя дороги и водопровод были уже подведены.

С террасы тронного зала открывается панорама самого красивого ландшафта в Баварии. Хотя мне кажется, что из любого окна один вид лучше другого. Даже та сторона замка, что выходит на гору Зойлинг (2045 м), и с которой не видно ни одного озера, все равно смотрит на 45-метровый водопад, чем не красота? Водопад окаймляется диким романтическим ущельем Пеллат, где над грохочущем горном ручьем, на высоте 91 метр гордой дугой перекинут мост Марии. С этого моста можно сделать замечательные фотографии замка, мы отмечаем этот факт, чтобы воспользоваться им после экскурсии по замку.

В отличие от австрийского короля Франца-Иосифа, покои которого мы наблюдали в Шённбруне, в Вене, который был скуп на нежности к себе и жил по военному скромно, спал на обычной кровати, Людвиг был любитель шикануть, да еще и большой эстет. Особенно это видно в его спальне, которая о многом говорит о человеке. Спальня Людвига шикарна беспредельно. Выдержанная в позднем готическом стиле она кишит вырезанными из дуба наисложнейшими элементами. Уму не постижимо, как это можно было все создать из дерева! Рукоплещу немецким мастерам, которые создали массивный ореховый балдахин для  королевской кровати. Можете себе представить, что над ним семнадцать человек трудились почти пять лет! На фоне этой роскоши картины на стенах, посвященные теме «Тристан и Изольда» отходят на второй план. В пологе кровати были сделаны искусственные месяц и звезды, чтобы король мог представлять, что он ложится спать под открытым небом.

Конечно в замке множество изображений лебедей, есть даже специальный «лебединый уголок», напротив которого находится большая ваза в форме лебедя. Вы скажете, что это заразно, если я сообщу, что увидев Нойшванштайн, Чайковский замыслил «Лебединое озеро». Я теперь догадываюсь, где побывали люди, которые предложили в 1988 году взять лебедя как символ Сваровски. Да тут лебединый сговор какой-то! 

Кстати, все люстры в замке имеют число свечей, кратное двенадцати – по одной для каждых ворот небесного Иерусалима. Вот вам такой Фэн-шуй. Хотя этот замок вне всяких таких учений. Сам как будто не принадлежит этому миру, да и все его стороны смотрят на рай, какой тут Фэн-шуй!
Проходим еще множество комнат, рабочий кабинет, великолепный сталактитовый грот с искусственным водопадом, зимний сад. Похоже, что с тех пор в строительстве не придумали ничего нового. Поднимаемся на пятый этаж, где находится главный зал – зал певцов, вокруг которого как бы выстроен сам замок. Стены его иллюстрируют мотивы из легенды о Персифале, которую великий Вагнер также использовал для своего произведения.  Но в период жизни короля этот грандиозный зал, хотя и планировался для постановки вагнеровских произведений, но так никак не и не использовался. Да и сам король провел в замке в общей сложности очень мало – всего 172 дня. Если разделить его затраты на количество дней, то придется короля заносить в книгу рекордов, как самого расточительного по графе «оплата жилья». Зато сейчас, где-то попадалось мне, замок сдается на сутки всего за 30 000 Евро. Если бы я был богачом, арендовал бы, не раздумывая, хотя бы на сутки.

Когда замок был в готов, мало кто кроме короля и нескольких слуг его посещал этот дворец. Король один бродил по залам замка, часто вставая лишь к ночи, когда в окна к нему пробиралась Луна. Он не мог допустить мысли, что в его замок, в это святилище, будут допущены люди. Тем более такими несметными толпами, какие образуют тысячи туристов, проходящие за день. Летом иной день здесь бывают шесть тысяч человек. Хорошо, что взгляды не оставляют следов, а то замок давно был бы съеден ими как термитами.

Выйдя на воздух, мы, было, засобирались прогуляться к мосту Марии – расставаться с замком никак не хотелось, но тут наши планы изменил ливень, какой бывает лишь в горах. Солнце мгновенно сменилось свинцовым пасмурным небом, днище которого разверзлось, и мы бомбардируемые водой, бегом побежали вниз. Мокрые до нитки, мы долго сохли в машине, радуясь, что успели посетить замок до непогоды. А может быть, это я неудачно пошутил про лебединую секту, чем прогневал дух, охраняющий замок? Но время к обеду, а нам еще пиликать до Мюнхена и от него до Праги верст четыреста, не меньше.

Читать дальше