Открытие Америки 2012

Наш теперь уже любимый мюзикл

Ролик про него

Хотели сюда сходить, но закрылось двумя днями раньше...

Улица всяких мюзиклов и шоу

С Лешей сидим за стойкой бара, блюз слушаем.

А это стойка бара.

Музей Рипли. Самый выскоий человек. А рядом - самый любимый.

Анджолина Джоли что ли? В старости?

Все фотографируемся! А чего тогда пришли?

Тараканы живые. Я нет.

Смертельный перстень

Маска Наполеона

Камера пыток и Степашка

Нюрнбергская железная дева

Это мы в банках спиртовых

Увеличение игольного ушка

Еще один вариант Статуи Свободы. Осовременили.

Можно попробовать себя космонавтом!

И прикинуть как оно в челюстях

Фрик он и есть фрик!

 

Широка же ты, моя дорога!

Но самое незабываемое, самое запоминающееся в этот день, ждало нас вечером. И это был бродвейский мюзикл. Что вы вообще знаете про них? Что идут с начала прошлого века, «Порги и Бесс», «Кошки», «Чикаго», многие у нас уже ставились. Как всегда, легкая оперетта на американский лад. Поют, танцуют. Интересно же узнать, как этот именно тут происходит!

Мы выходим на знаменитый Бродвей. Я всегда думал, что это небольшая улица, полная театров- ведь именно с ними ассоциируется это название. На самом деле, все не так. Бродвей – огромная, длиннющая улица, самая широкая и длинная Нью-Йорка (более 25 км), протянувшаяся через весь Манхэттен, Бронкс и далее на север через небольшие городки до столицы штата Нью-Йорк г.  Олбани.

Эта улица приятно нарушает местную квадратишь-практишь-гуд – строгую перпендикулярность улиц и авеню.  Сразу задумываешься, почему так? По словам археологов, нынешние очертания проспекта повторяют исконную индейскую тропу, которая связывала южную и северную части острова, когда он был покрыт густыми зарослями. Странную для лесного пути линию движения они объясняют особенностями холмистого ландшафта: пешеходам приходилось держаться узкой лощины (кстати, по одной из версий, «Манна-хатта» по-гуронски означает «холмистый остров»). Сложно сейчас представить, глядя на бетонных гигантов, заслоняющих небо, что когда-то тут были заросли.

Но история Америки не такая длинная, как кажется. На тропе индейцев в 1626 году оказались голландцы, а в 1664 году, голландцы уступили Манхэттен англичанам. И Новый Амстердам стал Новым Йорком, а на карте появилось нынешнее громкое имя - Broadway («широкая дорога»).

в 1811-м году, двести лет назад, появился план развития будущего мегаполиса чуть ли не на век вперед. Согласно ему естественный ландшафт острова подлежал окончательному уничтожению, и возникла знаменитая регулярная сетка Манхэттена: с севера на юг строго параллельно идут двенадцать «авеню», а под идеально прямым углом к ним - двести двадцать улиц. Все они, пронумерованные, из-за непомерной длины разбиты для удобства на отрезки: восточные и западные. Водоразделом «назначили» вертикаль Пятой авеню: слева от нее к номерам «притоков» добавляют букву W (West), справа - Е (East).

Как все хорошо было на бумаге, расчерченной по линейке на прямоугольники, но всю эту геометрию прорезала насквозь диагональ Бродвея, показав, кто тут главный. Так что оказалось, что улица-то не такая простая, и как бы не весь город вокруг нее возник. И привязывать ее к одним театром – сильно умалять ее значимость!

Отрезок улицы между Юнион и Мэдисон-сквер прозвали не то уважительно, не то насмешливо: Ladies’ mile - «Дамская миля». Рядом расположился Garment District -«Одежный округ», а соответствующий фрагмент Седьмой авеню именуется на этой «широте» Fashion Avenue - «проспект Моды».

Но тем не менее на Бродвей выходит знаменитый Театральный квартал, состоящий из тридцати девяти больших театров, поэтому название улицы стало синонимом американского искусства театра. Бродвей также считается местом самых престижных вернисажей. Те выставки, которым не удалось попасть на Бродвей, называются «офф-Бродвей».

Спектакли Бродвейских театров обычно идут в пышном, роскошном и дорогостоящем оформлении, требующем значительных издержек, поэтому они финансируются, как правило, крупными предпринимателями, которых называют «ангелами Бродвея». Часто они сами участвуют в выборе пьесы, приглашают режиссера и ведущих артистов.

Жанр мюзикла американцы считают своим вкладом в мировую музыкальную панораму XX века. Уже несколько десятилетий на Бродвее царит настоящий культ мюзикла. Именно здесь композиторы и режиссеры соревнуются в мастерстве, а владельцы театров — в количестве спектаклей, которые выдержит та или иная постановка. Создание мюзикла и «раскрутка» его — это тоже своеобразная технология. Любопытно, что, несмотря на свою гордость изобретателей мюзикла, американцы не чураются его импортировать. Импорт мюзиклов может осуществляться из любых стран, если он там имел бешеный успех. Так было, например, со знаменитым мюзиклом «Кошечки». «Кошечки» дохода в Нью-Йорк из Лондона, где целый год шли с огромным успехом, а теперь переехали на Бродвей, в театр «Унтергарден».

Мы долго выбирали куда сходить, стоя в очереди в кассе сегодняшнего дня. Да, тут такая есть – в ней все билеты как на Группоне, скидка 50%, реже 40 или 30. Самые крутые мюзиклы не продаются, только в кассах театров. Но выбор огромен того, что идет – несколько десятков представлений. Причем, все они в одном районе городе, все в одной куче, очень удобно. Касс таких в городе несколько, в центре, прям на Таймс Сквер, очередь большая, а в других, менее известных кассах, никого. (Одна как раз напротив Причала 17, если что).

Так вот, стоя в очереди спешно решали, куда бы нам сходить. Проверенное что-то увидеть или рискнуть и пойти на новинку. Выбор наш пал на мюзикл «Ghost», помните старый добрый фильм с Патриком Суейзи? Два билета по 150 долларов куплены с дисконтом 50%, и вот мы уже внутри – всего-то пару кварталов пройти. Маленький, невзрачный театр, довольно потрепанный. Народу не так много вмещается. У нас – партер, очень все близко, так по московским ценам, билеты просто задаром. Впереди сидит парочка парней, воркуют, голубчики, – обычное дело тут.

Внезапно наше ротозейство обрывается началом, что тут началось! Мне даже в голову не приходило, что настоящий мюзикл – это голоса, как у Тины Тернер, это танцы – тут уж чернокожие вне конкуренции, им просто равных нет, а спецэффекты словно сошли из съемочных павильонов Голливуда! Декорации сзади – сплошь экраны, на которых ярко горит изображение, плюс каждый экран – трансформер, он постоянно куда-то движется! Все это создает мгновенно любую обстановку. То это рабочий кабинет, то улицы Нью-Йорка, то вагон метро.

Но спецэффекты превзошли не только ожидания – хотя ничего мы и не ожидали, но и всякое понимание! Мы же не на фокусы Копперфильда пришли, о нем, кстати, позже, а на спектакль. Как они добились того, что главный герой ходит сквозь предметы, исчезает, раздваивается, это невозможно! А сцена драки в вагоне метро, помните? – «Это мой поезд!». Так там бросают нашего бедного героя, и он летит замедленно! Вагон бешено крутится вокруг вертикальной оси! Понять, как это все сделано – не получается! Сидишь, забыв глотать слюни, они так и текут по бороде. Словно ты ребенок из глухой деревни, впервые попавший в Москву и сразу на Кремлевскую Елку. Помилуйте, люди, что же вы делаете! Это же просто спектакль! Ну как так можно, я же сейчас дышать перестану!

После окончания мы не могли говорить минимум полчаса, шли молча, совершенно офигевшие. Захотелось сходить на все мюзиклы, которые тут идут, на детские, взрослые, старые, новые. Понятно, что плохо тут не может быть! И, конечно, понятно, что в Москве нас никуда теперь силком не затянешь.
У нас есть свои сильные стороны – когда какой-нибудь Большой театр приезжает в Нью-Йорк, туда билетов не купить, и даже если Малый. Но опера для нас – сложный жанр. Сложно не заснуть. А вот мюзикл – это просто супер! Чистой воды образец американской культуры – сплав самого лучшего из всего, что есть, причем сплав очень качественный, дорогой и отлаженный. Работает безупречно!

Второй раз повторить подвиг нам так и не удалось по ряду причин. Но это и хорошо, уверен, что если бы мы пересмотрели зараз пяток представлений, то все смешалось бы в голове, стали бы сравнивать одни с другими, находить слабину, короче, смазали бы впечатление. А так все в самом чистом виде, и, наверное, так бывает только один раз! Когда он первый.

Вместо музея Гуггенхайма я затащил всех (а всех, это к нам присоединился наш приятель, прилетевший на один день в Нью-Йорк) в… ужас какой-то! Мы влипли в музей Рипли. Всему виной потрясающие воспоминания от посещения такого же музея в Паттайе. Но там, хитрецы, пристроили к нему целый комплекс разных развлечений, включая забавную вереницу комнат страха, наполненную живыми актерами и всякими пролетающими у самой головы гробами, бесконечными зеркальными лабиринтами и прочим. А тут всего этого не оказалось. Так что мы просто побыли опять всего лишь в очередном-детском-саде-для-взрослых, местами забавном, не скрою. Но это вообще ни разу не те впечатления, которые ты получаешь во Флоренции от посещения галереи Уффицы. Тут как всегда просто поржать. Зато можно сфотографироваться с головой в заспиртованной банке, или в паре сантиметрах от настоящих американских тараканов, рядом с разными куклами в натуральную величину. А дети весело дергают рычажок, от которого вешается очередная жертва, максимально реалистично выполненная. Дети смеются, жертвы истошно вопят!

В целом такой музей все равно нельзя пройти мимо, поэтому их в мире уже 32! А все началось с любознательного парня по имени Роберт Рипли, который начал путешествовать по всему миру и свозить со всех концов света прелюбопытные вещички. Представляю фурор на открытии в 1933 году первого прототипа музея в Чикаго!

После мы отлично попили пива сперва в подвальчике с живой музыкой, а потом чисто так по-русски – прямо на лице. В Нью-Йорке нельзя носить спиртное, даже невинное пиво в руках, только в непрозрачных пакетах. Нельзя пить на улице, даже если держишь бутылку в пакете! Нельзя в машине хранить открытую бутылку, хоть того же пива! И конечно нельзя ездить за рулем под шафе. Но именно это все и делают, хотя риск при этом колоссальный! Если что, если поймают, то тут не отделаешься штрафом в 100 000 рублей, тут тебе нести не только  огромные убытки в виде штрафа сразу, но и поднимут стоимость страховки, а может и ипотеки, а могут еще и с работы выгнать. Так что последствий заранее посчитать невозможно.

Почему же рискуют? А потому, что не останавливают. Просто так тебя никто не имеет права остановить. Нельзя тебя заставить дунуть в трубку! Если ты едешь как положено, ничто не нарушаешь, то и господь с тобой! Этим и пользуются – выпьют немного и тихонько разъезжаются по домам. При этом полиция тут на самом деле помогает людям. И та же дорожная. Когда мы остановились (это чуть позже, но не важно) на обочине, поняв, что навигатор опять сыграл с нами плохую шутку, и мы пропустили поворот, а на обочине стоять нельзя, тут же нарисовался местный шериф. Я даже карту не успел развернуть! «Чем помочь?» и без проблем, все рассказал, как развернуться и куда ехать.

Но это еще не все! Нам рассказал наш друг в Лас Вегасе, как он был свидетелем того, как одна его знакомая, конечно из России, натрескалась просто в хлам, и поехала домой на своем авто. Ехала она откровенно недопустимо, виляя и создавая аварийную ситуацию. Конечно, к ней подкатил полицейский и притормозил ее. И что, вы думаете, он ей сказал? «Мэм, я вижу вы в отчаянии!» Она ему давай про несчастную любовь, про то, как ее бросил парень. А он принес ей термос, налили кофе, напоил, спросил адрес  и сказал: «Сейчас я медленно поеду, а вы аккуратно езжайте за мной». Вот так вот, нам и не снилось!

За это нельзя не уважать Америку, и тут понимаешь, что полиция на самом деле тут в почете. Как и пожарные, помните? А второй случай про них, не менее впечатляющий. Что с вами сделали бы, если бы поймали за попыткой пронести на борт самолета оружие? Вот вы проходите пограничный кордон, вас просвечивают, а у вас там пистолет! Конечно, вы террорист! На пол мордой, и в тюрьму, года на четыре. В Америке такая же тема – там борьба с терроризмом. Но вот реальный случай от первоисточника. Его не только не повалили, но и полицейский бежал вместе с ним до его машины, чтобы спрятать в бардачок пистолет и успеть вернуться  до конца регистрации! Вы можете такое представить!

Еще в Америке мы все время искали знаменитых толстых людей. Есть, но очень мало. «Это потому, что мы в Нью-Йорке», объясняли нам, вроде как в других местах ситуация намного хуже. А здесь все следят за собой, занимаются спортом и постоянно делают всякие пластические операции. Нормально, когда девочка копит деньги на то, чтобы исправить нос. Или ждет этого в виде подарка от родителей на день рожденья. И все поголовно любят большую грудь. С маленькой практически никого и нет! Дурной тон. Все уже нарастили себе.  

В начало

Продолжение:

Сан-Франциско Сан.     
Другие интересности Сан-Франциско 
Дальнобойщики и секвойи
Дорога дорога №1?
Мистическое пятно на нашем пути
Аквариум в Монтерее    
Голый Вуд
Лас Вегас – Ас   
Мечты сбываются
Боль Кань Шой Он 
Вася Вегас