Еврология. Часть 8.

Хрустальные миры Сваровски.

Для любителей самого-самого. Самый большой.

Самый Сальвадор Дали.

Самый красивый лошадь.

Самый чокнутый брюки.

Я, стоя в кристалле. Еще не чокнулся, но если постоять тут подольше, то запросто.

Сомневаетесь? Попробуйте посмотреть в самый большой в мире калейдоскоп - узнаете.

Вы думали, что солнце больше, чем луна? Дудки! Мы видели их вблизи.

В начале 90-х это назвали бы словом "Сюр".

Это все оно же.

Уходить не хотелось.

Похоже на роботов из "Матрицы", только от Сваровски.

А во лбу звезда горит...

И что они так рогами-то хвастаться любили?

Мал, да удал!

Замок снаружи. Жителей Рублевки не впечатлит.

Но и нам больше понравилось за замком, в парке,

где чувствуется дух средних веков

И бродят важно павлины.

 «Хрустальные миры Сваровски» — это то место для людей, где реально существует сказка и где они наяву видят свои сны...

Андре Хедлер, создатель музея.

Когда-то давно я спешил не помню уж куда, но пробегая мимо одной витрины, не мог не затормозить и, забыв куда и зачем я бежал, прилип к ней буквально носом. Тогда я впервые увидел маленькие хрустальные фигурки, переливающиеся, словно они сделаны из бриллианта высшей пробы. Не знаю, чем они меня так заворожили, может быть, это произошло еще немногим ранее, когда в школе на уроках математики мы проходили   кристаллографию, странные законы групп отражений, согласно которым, скажем, на земле не может быть пяти или семиконечной снежинки. Хотя, что тут странного – кристаллы всегда будоражили умы людей и служили атрибутами магов, а хрусталю издревле приписывалось множество необычных свойств: то из него делались линзы, которыми жрецы поджигали огонь в жертвенниках. То считалось, что вода из хрустальной чаши избавляет от многих болезней.

А может быть, я в далеком детстве впервые был заворожен, смотря на игру света в льдинке и тех пор неравнодушен к кристаллам. Кстати, слово хрусталь – это русская форма греческого «кристаллос», что значит лед. Но где-то за сотню лет до того, как я заметил в себе тягу к кристаллам, вернее к тем потусторонним мирам, спрятанным внутри них, некий уроженец чешской Богемии – известного края хрустальных дел мастеров – после посещения Всемирной электротехнической выставки в Вене решил применить свои способности инженера-механика в плане конструирования станка для филигранной шлифовки стекла. Он долго ломал голову и в 1891 году построил первый мире такой станок, который позволял обрабатывать поверхности хрусталя с поразительным качеством, да и еще вдобавок с высокой производительностью.

Звали этого гения – Даниель Сваровски. Не в пример своему антиподу, некому Жоржу Страссу, который занимался откровенной подделкой бриллиантов, но тем не менее заслужил свое место в истории, ведь от него пошло слово «стразы», Сваровски решил не скрывать того, что его изделия – хрусталь. Он просто поставил его на поток, который и по тем временам поражал – сразу после первых проб его завалили заказами, и он был вынужден нанять сразу двести рабочих. Но он тогда не думал, что спустя сотню лет их число перевалит за десять тысяч. А среди его потребителей, будут не только светские дамы Парижа и Санкт Петербурга, но звезды ХХ века - Марлен Дитрих, Майкл Джексон, Брайан Ферри, Тина Тёрнер…  А знаменитые дома мод -  Шанель, Кристиан Диор, Ив Сен-Лоран вовсю использовать его бижутерию.

Главное его преимущество, как оказалось, был даже не сам станок, который потом многие воспроизвели, а удачно найденная формула хрусталя, которую так и не удалось до сих пор никому угадать.  И все потому, что он догадался в свое время переехать их Чехии в маленькое местечко Ваттенс, что под Инсбруком – горный край, где сырья для производства хрусталя - кварцевого песка, калийных, кальциевых и свинцовых руд более, чем достаточно. Не даром легенды Тироля рассказывают нам тысячи сказок о гномах, находящих клады, принцессах, живущих в подземных дворцах, путешественниках, забредающих в подземные города, о ледниках, скрывающие заколдованные города, о феях, охраняющих сокровища. В 1911 году Сваровски с сыновьями достиг совершенства, создав камень нереальной прозрачности. Он, запатентованный как тиролит – «тирольский камень»,  и известен сейчас во всем мире как Swarovski.

Фигурки животных, как выяснилось, начали делать сравнительно недавно – в 1976 году сделали сначала мышку, потом ежика, черепашку… А сейчас в мире насчитывается где-то полмиллиона коллекционеров  таких фигурок, по крайней мере их столько состоит в специальном клубе. И каждому из членов клуба дизайнеры преподносят раз в год новое изделие для пополнения зоопарка. Интересно, что все лекала и эскизы после этого уничтожаются. Вот так маркетологи Сваровски заботятся о придании своим изделиям коллекционного статуса. 

Столетию фирмы решено было увековечить созданием музея, но не какого-нибудь скучного, а решили создать новый хрустальный мир и спрятать его, как это водится в местных легендах, под землей. Так что мы как раз вовремя подоспели сюда, катаясь по Австрии, можно, оказывается, посетить не только новые города, а целые миры – миры Сваровски. И мы уже стоим у самого входа. А это надо видеть – над входом расположился вросший в холм огромный зеленый великан с хрустальными глазами, светящимися в темноте, изо рта которого льется водопад, и по очереди слева-справа возникают огромные водяные усы.

Ну что, заходим внутрь? Вы думаете, что это я так образно? Вы забыли, что мы живем в XXI мультимедийном веке, где все можно сделать, не отрывая своего за… пасного колеса от стула. Вот вход специально для вас. Здесь и сейчас: www.swarovski-kristallwelt.com

Пока вы будете бродить по этому шикарно выполненному сайту, открывая виртуальные двери в волшебные залы, я немного поясню, что там к чему. Сперва спускаетесь по коридору, стены которого исписаны строками поэтов, в которых есть слово «кристалл». Первый зал этого подземного калейдоскопа поразит вас самым большим в мире кристаллом.  Угадайте, сколько в нем карат. Сто? Двести? Тысяча? Ну, кто больше? А теперь правильный ответ – триста тысяч. Носить на себе его смогут только атлеты – поди, подними такую гирю в 62 килограмма! Он, конечно же занесен в книгу, где записан всякий бред и все самое-самое на земле, то бишь Гиннеса. А так же его маленький брат тоже там есть, и здесь, конечно же, – самый маленький кристалл диаметром 0,8 мм, видным лишь в микроскоп. В этом же зале вас порадуют знаменитые потекшие часы Дали, выполненные из хрусталя и убранство любимого коня индийского махараджи. 

В следующий зал вас ведет стена, высотой 11 метров и длинной – подумать только! – 42 метра, выложенная из кристаллов. Их ушло сюда 12 тонн! Хотя это меньше, чем половина дневного производства на заводе Сваровски, не знаю, чему больше удивляться. Вы попадаете в Механический театр Джима Вайтинга. Это праздник ожившего сюрреализма, сам Сальвадор Дали был бы очень рад, если бы попал сюда и в своем музее в славном испанском Фигейрасе  много чего переделал бы.

А мы просто ходим как положено все «в непонятках», смотрим на шагающего по кругу манекена – девушку. Но никогда не дойти ей до манекена-парня, он живет в другой сложной плоскости, и периодически распадается на составные части, которые описывают сложные траектории вокруг нее, а потом собираются опять в целое. На стене после такой грустной истории происходит веселая пляска штанов. На фоне красных штор, которые так любит Дэвид Линч, три «человеческих обрубка снизу», одетые в зеленые штаны выделывают разные танцевальные кренделя. А после, сидящая в углу этого темного зала парочка мужчин подсвечивается. Наступает их очередь что-то отчубучить. Ресторанный столик, за которым они мирно сидят, начинает бешено крутиться, отчего полы пиджаков, и заодно и ноги их «владельцев» разбрасываются центробежной силой в разные стороны.  

Вы покидаете этот веселенький зал под марш рубашек, ползущих по сложной траектории по стенам и потолку. И тут, шутки в сторону, вы попадете на самом деле в сказку. После темноты сюрреализма у вас разбегутся глаза в сверкающем нутре огромного кристалла, где вы окажетесь. Это гигантский бескрайний хрустальный собор, нещадно отражающий многократно все и вся, хотя тут «всего» 595 треугольных граней. Вы стоите в центре этой вселенной, которая под музыку Брайана Эно, то совершает выдох Брамы, исчезая в темноте, то вдох, проявляясь снова.

Следующий зал наградит вас хрустальной новогодней елкой,  а также редкой удачей заглянуть в самый большой в мире калейдоскоп, состоящий из 440 граней. Долго смотреть в этот кристаллоскоп нельзя – загипнотизирует!  И не уведете остальные чудеса. А соседнем зале оживает целый сонм сказочных фигурок. Здесь солнце танцует с луной, рядом живет цветочный ангел, а еще есть растение, пожирающее кристаллы.

По ледовому тоннелю, вы проследуете дальше, и бегущие под ногами сверкающие кристаллики будут звать вас за собой. Спешите попасть в мир искусства двух последних столетий. В темном бескрайнем зале вырваны из небытия переливающимся светом необычные кристаллы, грани которых покрыты великолепными рисунками, которые оживают из-за того, что по ним движутся проецирующиеся изнутри графические элементы.  То есть глаз может неожиданно сверкнуть звездой, а в механизме начать вращаться шестеренка.  Я сперва удивился, насколько талантливо все нарисовано. Но секрет притягательности оказался прост – рисунки-то непростые, все сплошь репродукции фрагментов великих мастеров – Шагала, Миро, Навратила, Ньютона, Уорхола и других.

В коридоре вас поджидают вещи зеленого великана, ожидающие часа, когда ему надоест тут лежать, и он соберется в путешествие по миру. А вещички обычные – перстень, размером с метр, под стать ему посох, перчатки и гармошка.

И еще много занятных залов и закутков здесь можно найти. Всех не упомню. Есть место, где крутится видео, на котором запечатлена известная оперная певица Джесси Норман, вся в тысячах кристаллах Сваровски, поющая красивую арию в том самом Кристальном Соборе. Музыка и кристалл магически вливаются внутрь друг друга, как будто они появились на свете одновременно.  И уже не кажется странным, что сам Сваровски был скрипачом, иначе он не смог достичь такого совершенства. Он сам явно слышал музыку кристаллов и требовал, чтобы его сотрудники умели прятать ее внутрь изделий, чтобы и покупатель смог ее почувствовать. 

А еще есть потрясающая видеокомпозиция, созданная тем же Брайаном Эно и названная им «55 миллионов кристаллов», это просто место для медитации, глаз не оторвать. Это точно портал в другие миры, не удивлюсь, если узнаю, что тут периодически пропадают посетители. И есть комната, посвященная царству Посейдона: мерцающие морские камни за высокими водорослями. Ну а про комнату, олицетворяющую сплав природы и техники при помощи поэзии, я даже рассказывать не буду. Сами уведете, как в каждом дереве находится искусственное ядро в форме видеокомпозиции, вдыхающее в потрескавшуюся древесину новую жизнь. А все это сопровождается таинственным мерцанием хрустально наряженной медузы – сифонофоры «Левиафан».

Так, хорошенького понемножку. Нужно срочно двигаться отсюда, уж слишком здесь нереально, запросто потеряешь счет времени. Так вот походишь по недрам кристаллов, выйдешь, а у тебя все волосы седые! Кто знает, как тут время течет?

Рядом есть парк, где создатели музея разместили лабиринт в виде гигантской руки, но мы, честно говоря, про него забыли, так как торопились успеть еще в одно местечко – замок «Шлосс Амбрас». Пока ехали на автобусе, мне так и казалось, что все же из музея Сваровски выходишь чуть другим человеком. Что изменилось конкретно – неясно, но восприятие мира уже какое-то иное, как будто ты постиг тайну, но выразить ее не в силах. В любом случае, этого музея одного вполне достаточно, чтобы ехать в Инсбрук. И я вполне понимаю те шестьсот тысяч туристов, которые ежегодно приезжают в городок Ватсон, ой, простите, Ваттенс.

В замок наш автобус не везет, так это на другом маршруте. Так все здесь движется как часы, то можно рассчитать поминутно. На пересадку в центре города на последний рейс у нас ровно четыре минуты, но мы не беспокоимся – идти там минуты две, не больше. Еще две в запасе будет! Так и есть, все успели, и вот мы едем в самый значительный замок Австрии. По дороге петляем по Инсбруку, так что у нас есть прекрасная возможность бегло проглядеть недосмотренные еще достопримечательности города – триумфальную арку, стадион и другие спортивные сооружения. В городе их много, он же был столицей Олимпийских игр аж дважды.   

Замок находится на горе, довольно милый, но не более. Смотреть его можно, что называется факультативно, то есть в обязательную программу я бы его не включил. Хотя тут витает дух средних веков, именно тогда, в XVI веке, этот замок был подарен местным правителем эрцгерцогом Фердинандом II своей жене Филиппине. И есть здесь забавные картины, например «Девственница Гонзалез» года 1580-го, картинка эта вошла потом во все учебники медицины, как пример болезни человека, у кого на лице растут волосы, как и животного. Это очень похоже на промежуточную стадию Шарикова, когда он уже бегал на двух лапах, но еще гавкал, только в платье.

Есть занятный рыцарский зал, особенно занятен в нем маленький рыцарь с явно немаленьким достоинством, о чем мы можем догадаться по специальным анатомическим поправкам в его железном костюме в области таза. Уповаю на средневековое чувство юмора, иначе ничем другим не могу объяснить себе такое. А тут представьте себе психологический эффект, когда на рыцарском поединке выходит некто вот так, с высоко поднятым… ну и забралом тоже.

Здесь множество занятных залов, но довольно однообразных. Выделяется только испанский зал внушительных размеров, украшенный рогами (не буду комментировать). Именно здесь каждое лето проводится знаменитый в Австрии концерт, посвященный музыки барокко. В принципе, занятен внутренний дворик, с нарисованными окнами на стенах, которые при беглом взгляде можно принять за настоящие – оригинальный декоративный прием. Занятен, но лишь немного. Выставка, посвященная графу Дракуле, которая в эти дни тут проходила тоже нас не очень порадовала, скучно.

Я думаю, что нам понравилось бы больше, если бы не волшебный мир кристаллов, который ослепил нас, проникнув самый разум, и уже способность воспринимать притупилась. А может быть мы еще не целиком вышли из этих кристаллов. Я на самом деле и сейчас не вполне уверен, что весь вернулся. Может быть, частичка меня так и бродит где-то между 525-й и 526-й гранями огромного Кристалла.

Зато неожиданно порадовал садик около замка. Даже не сам садик, хотя там идет по периметру красиво выстриженный высокий забор с нишами для лавок, причем, оказывается, что это все туя, а мне казалось, что туя - это лишь маленькая пирамидка такая. А понравилось нам пространство за садиком, просто кусок леса, примыкающий к замку. Это тот самый случай, когда ландшафтный дизайн достигает своего апофеоза – кажется, что все вокруг поистине дикое, древнее – и водопады, коих тут по крайней мере два, и глубокие ручьи, и поваленные деревья, с куском земли на корнях с трехэтажный дом, и совсем не замечаешь аккуратно проложенных тропинок, мостиков, перекинутых через ручей. Как будто они тут были всегда. Может быть они просто такие древние, как сам замок, поэтому так и воспринимаются. Не буду напрягаться по этому поводу, главное, что погулять в прохладе здесь, под журчание ручья и бормотание водопада – одно удовольствие. И еще, конечно, то, что здесь – никого, только вы и древний лес.

Пока ждали автобус, обследовали другую часть парка. Там оказался старый, запущенный, но вполне харизматичный пруд, и несколько павлинов, один из которых торжественно восседал на толстой ветви огромного дерева, метрах в трех от земли. Не знаю, как он туда забрался, но не думаю, что при замке есть должность – «подкидыватель павлина», от которого тот самый павлин убегал бы что есть мочи.

После такого насыщенного дня мнение об Инсбруке кардинально изменилось. Хотя так было с самого утра, когда мы проснулись и увидели вокруг белоснежные шапки альпийских вершин. Но после восхождения на одну из них, в Инсбрук нельзя не влюбиться. Про Сваровски – молчу, это вообще засада. Так что весь вечер мы ходили с влюбленным видом. Заново обходя знакомые места – центр, набережную, мостики. Прошлись по небольшому зеленому парку, где росли необыкновенно благоухающие цветы, причем росли они на каком-то странном лежачем дереве с огромными листьями. Здесь же играл тирольский оркестр, и все участники его были одеты в национальные костюмчики. Девочки – как пастушки, независимо от возраста, и мальчики, даже те, кто давно седой уже – в коротких штанишках, жилетках  и в шляпах с пером.

Гуляя по набережной мы набрели на интересное молодежное кафе, декорированное под кусок пляжа. Все присутствующие возлежали в шезлонгах, которые в беспорядке были установлены прямо на песке и дули пиво. Кто хотел мог расположиться прямо в песке, нет проблем. Захотелось присоединиться к ним, но мы как-то были слишком прилично одеты. Так что выбрали местечко в кафе прямо на воде, чтобы, потягивая Рьёху,  еще разочек полюбоваться живым целлофаном, протекающим сквозь город.

Это наш последний вечер в Инсбруке, и даже в Австрии в целом. Завтра дорога должна привести нас сквозь Германию обратно в Чехию. И хоть горы молча зовут нас остаться, им вторит река со странным названием Инн, а внутри все еще мерцает свет от кристального мира, приходится собирать силу воли в кулак и заставлять себя двигаться дальше. А вдруг там нас ждет что-то интересное? Хотя почему-то такое чувство, что нас уже ничем не удивить.

Читать дальше